Архив

RSS

25.11.2017 | Погода в Сибири

Рейтинг@Mail.ru

Принципы жизни Валерия Горлачева

Общество, Забmedia.ru, 04.01.2015 09:50:00, просмотров 252, нравится 0

Валерия Горлачева помню ректором педагогического университета, с достоинством входящим в аудиторию к абитуриентам. Помню увлеченным ученым, проводящим в лаборатории многие часы. Сколько пластов можно раскопать в одном человеке, если разговориться с ним в тишине прохладного кабинета – читайте в "Принципах жизни".Я не верю в судьбу, но случайного ничего не бывает. Случайность – это всегда закономерность. В жизни, чаще всего, случайное оказывается самым существенным. В педагогику я попал с помощью повестки в армию. Я совершенно не собирался заниматься никакой педагогикой, сдавал экзамены в Томский политехнический институт, на информатику, тогда это модно было. А мне повестка в армию пришла. И уже после того как отгуляли на родине, в Улетах, проводины, приятель познакомил меня с деканом естественно-географического факультета Сурмачевким. Это был 1960 год. Тот сразу в атаку – «Нам парни нужны. Приходи, мы тебе дадим справку, что ты студент». Но у меня на руках были хорошие результаты экзаменов, сданные при поступлении в Томский политехнический.Сейчас бы за это посадили, а тогда – ничего. Первая запись у меня в трудовой – электрик. А Борис Антоныч Шишкин – мой первый руководитель - об этом узнал. И меня отправили ремонтировать сеть на факультете, вместо поездки на картошку. А там случайно подошел к микроскопу. Так все  и началось. Кстати, в моем нынешнем кабинете раньше был туалет. Первая экспедиция на север была на втором курсе. Леприндо, Леприндакан с рыбаками. Это был опыт самостоятельной научной работы.Природа - это то, без чего невозможно. Раньше я это чувствовал, а теперь понимаю с позиции всех процессов, оценки, знаний. Наша забайкальская природа, действительно, особенная. На севере я однажды попал в радиоактивный дождь. Наша экспедиция на Леприндо стояла. Наш геолог занимался радиоактивными осадками. Он только сказал: "Собирайтесь". Включили датчики - трещат. В те годы же у нас испытывали ядерное оружие. На следующий год в Чите, помню, нас в марте снимают с занятий, вдруг тепло стало.  В снежки играли, такой чистый снег. Поставили всех убирать снег с крыш. А оказалось, он был радиоактивный. Я помню себя с 1943 года где-то. Голодно было. Мы - дети колоски собирали. Потом, помню, дядя пришел с войны. В армию я все-таки попал. После института. Меня забрали прямо с полевого стационара. Было другое совершенно отношение к армии. Никакого негатива. На китайскую границу сразу попал служить. Я вопросыфилософии впервые начал изучать именно в армии. Там даже журналы по генетике были. Тогда выписывали большое количество книг, литературы.Командир полка посодействовал, чтобы меня демобилизовали досрочно. Если бы не успел – была директива, чтобы оставить на три месяца на переподготовку и оставить служить. Так я оказался в лимнологическом институте.Осознанная самостоятельность появилась в должности начальника экспедиции. Это был стационар на Арахлейских озерах. Я уважаю Михаила Ивановича Матафонова. Но он сыграл решающую роль в том, чтобы в Забайкалье создали не институт экологии, а институт природных ресурсов. Это было начало восьмидесятых.Трагедия Забайкалья в том, что мы не Дальний Восток и не Сибирь. На раскоряку стоим. Никто нас не ждет ни там, ни там. Для любого мы обуза, нет инфраструктуры, много чего нет. В тяжелом положении край.Я ощущаю потери. Уходят люди, с которыми, очень много пройдено. Это возраст. Вечно жить не будешь. Я понимаю, что где-то должен быть конец.Я потерял однажды секретные документы. Мои «доброжелатели» такой сюрприз мне устроили. Меня прикрыл мой руководитель. «Он конечно шалопай, но никакой не преступник». Потерянные карты в то время представляли интерес. Полигон Телемба тогда был засекреченным районом, где сейчас ракеты отстреливают. Там на Телембе озеро и в центре этого полигона мы занимались, отбирали пробы.Должность для меня - не самоцель. Я никогда не искал должности. Работа - она сама все расставляет по своим местам. К слову, мне предлагали возглавить Енисейскую экспедицию в Иркутске. К посту прилагались ключи от трехкомнатной квартиры в Иркутске. Я не уехал. Меня звали на Черноморское побережье, проректором прекрасного университета. Мне там некомфортно. Моя философия – где родился, там и пригодился.Я терпеть не могу Москву. Там нет людей. Только толпа и масса. Ректором меня назначил обком партии. Было мне лет 44-45 лет. Были очень сложные годы. Я думал, годика два поработаю, а потом уйду и буду заниматься наукой. Не получилось.Нас ругали не за то, что денег нет, а за то, что мы деньги нем можем использовать. Достаточно большие деньги государство выделяло. Новые специальности открывали. Журналистика, экология и другие. Не с первого захода. Сколько пришлось побегать... Не надо было так бездумно открывать во всех университетах юристов, экономистов. Открывали, чтобы выживать. Они позволяли привлечь какие-то деньги. Надо было вовремя остановиться, но мы до сих пор не остановились. За последние годы в образовании совершено много принципиальных ошибок. Например, закрыть педагогическое направление - это же политика государства. А надо было убрать из педагогики все, что не св...

Читать дальше...

Интересно

Честные новости

О системе

Партнеры

Обратная связь

Статистика

Участники

0